?

Log in

про сказки

это утро я вкушала в одиночестве
по тому, что у Джудит был урок исландского, у Юни детский сад, а Снори свалил лично проконтролировать прием ревеня для будущих бутылетт
мне же досталась тишина, овсянка и стопка не подписанных открыток, готовых разбежаться на перегонки по всем частям света
я люблю отправлять открытки, это словно дотянуться и тихонько хлопнуть по плечу, а потом сново спрятаться в конверт)
в этом краю и с открытками все было хорошо, они продавались повсюду и на любой вкус, марки продавались там же, в большинстве случаев, не отходя от марок можно было купить чашку кофе и то, что всю мою сознательную жизнь я называла хворостом, а потом узнала, что это клейнир (наверно в переводе с исландского так и зовут тонкие ветки, собираемые в лесу для растопки костров... при случае уточню)

к слову о кострах
не знаю про них ни чего, но вот лес на этом острове понятие относительное
если относить его к мхам и папоротникам, то он вроде как есть
если пытаться сравнить с сибирским кедром (заметьте слово секвойя ни кто даже не пытается произнести), то леса как бы и нет вовсе
даже специальная шутка есть для приезжающих
если вы потерялись в исландском лесу, нужно просто встать на ноги
мне рассказали его минимум пять раз, наверно это самая любимая шутка острова

тут есть все породы деревьев но в микро размере, обусловленным климатом и тесным взаимодействием с розой ветров
травы мало, много камней, но все это составляет такое тонкое разнообразие цвета и оттенков, что как то и не скучаешь по пению соловьев в нитях солнца, вьющихся среди березовых ветвей, закрывающих листвянОй мозаикой купол неба...
тут нет соловьев, но обилие прочей пичуги вполне способна отвлечь орнитолога от ностальгии
тут поклоняются воронам, я то думаю, то вОронам, но это по тому, что я во всем стараюсь видеть лучшее)

тут поклоняются разным Богам, то есть они знают про многообразие всего
и серп у них не на привязи, а где положенно на небе
это наверное по тому, что если драть глотку на высокой башне по несколько раз в день, то и простудиться можно, учитывая климат)
в остальном с Богами все хорошо

развлечения с овсянкой я могла продолжать до 11:00, после чего был план выдвинуться в купальни организованные в воде, слитой из электростанции
это такое соединение города и деревни, с дном покрытым белой глиной и бритвенно острыми камнями окружающее туристов, что бы ни-ни не думали даже разбегаться в чем там они сам себе выбрали в магазине купальной одежды

но путь, как все дороги ведут в Рим, так ведут они через гостеприимные двери свечного заводика под номером 64*
взяв на борт горсть микро капсул с ревеневой водой из прошлой партии мы в объятиях солнечного дня переместились к той самой лагуне с голубой водой и туристическими множествами

красиво.
что там ни говори и даже не важно о чем думай, но когда красиво тогда не нужно много слов, что бы все это описать
без туристов, конечно, лучше, но это вам не водопад, тут туристы присутствуют 24/7 и уже то, что было солнце можно считать удачей, а что бы не было туристов это в другой жизни, когда мы все станем котами**
чудесные, должу я вам ощущения, когда ходишь по грудь в теплой воде среди разноцветных людей с лицами покрытыми через одного белой и черной глиной, на самом деле черная это мелко тертая вулканическая пена, но кому какая разница, одна половина от ж***, а другая от *****ы и желательно не перепутать
когда ты с внешностью перепачканной тем, что в этой природе выросло, претензий к окружающим нет
все словно из одного цирка и значит как бы все сестры
очень усмиряющее состояние, совершенное SPAкойствие
и даже те, кто следит за целостностью камней и для не подготовленного обозревателя выглядят как люди в кивларовых жилетиках с автоматами через плечо, при детальном рассмотрении просто твои лучшие друзья и за пивком метнуться и руку подадут и фотографию сделают

и еще о сервисе нервную строчечку
тут все продуманно за вас и шампуни кондиционеры, кремы любые всякие и
внимание! ассортимент ушных палочек для людей всех возрастов)))
хочешь пользуйся, хочешь домой бери
а еще они смешно оставляют обувь при входе в раздевалку на полочках от пола до потолка
и обувь такая же офигеть-разная, от сланцев до резиновых сапог на каблуке
на купались, на фотографировались и метнулись вызволять дитя из лапок воспитательских
дитя стенало всю дорогу пока сон не сморил юный организм
на этом моменте я оставила компанию мать и дитя наслаждаться друг другом и провела пару часов как_все_нормальные_туристы_делают_это

туристическая часть острова была такой же славной, как все вокруг
истерия вокруг магнитиков обошла меня стороной, чашка добытого кофе — горячей, вязанка "хвороста" достаточной, что бы насладиться солнцем и пуститься во все тяжкие
па-ль-то, даже если считать буквы в этом слове, они с кепкой и в прыжке не дотянут до количества элементов, придуманным исландским дизайнером для иллюстрации оного***
можно было отстегнуть все, при желании чехол на танк среднего размера разбирался до размера жилетки с капюшоном и тот мог терять меховую часть животного происхождения
мы забавлялись с этим шерстяным конструктором минут сорок и не взирая на семизначную цифру, фигурирующую в названии, которую спокойней было воспринимать как некий артикул
я получила несомненное удовольствие, а женщина, ассистировавшая мне пожизненный зачёт по терпению
потом я собралась домой, потом, практически сразу) мой телефон ушел в темную зону вместе с картой и прочей навигационной фигней
что ж, когда выбора нет, принимать решение намного проще
объяснить куда мне нужно не представлялось возможным, вечерело, на ме то солнца уверено заступал ветер и мне не оставалось ни чего, как спасти себя самой
я нашла море, а потом и дом, который гостеприимно встретил меня монотонными воплями мелкого и улыбающейся Джудит

мы привычно делали зефир и с каждым разом это занимало все меньше времени и все больше посуды, ребенок орал, мы смешивали "футболиста" с нормальным сахаром и добавляли фруктовое пюре, сегодня была очередь маракуйи и кокоса другой формации
не буду утомлять повторениями, но от трелей самого не высокого млекопитающего нашей компании сворачивалось даже кокосовое молоко, не говоря уже про обычное
я выключила, используемый им диапазон из своего восприятия и взбивала, заливала, резала и пачкала все подряд не таящей сахарной пудрой
сначала заснул Снорри, потом Джуд, потом таки отключился бейб и на этом месте взрослая часть населения потянулась на запах супа, что бы предаться питанию и таки узнать наконец историю появления счастливых пуговиц и Феи Крестной
этой сказкой мы и завершили день



____________________________
* технически это широта Рейкьявика, но мне приятнее думать, что обобщенный градус производимых "сечей"
** из кф Ванильное небо
*** пальто не дизайнера ;)

по тому что настоящие

пока ребенку упаковывали в сад, компанию мне составлял пакет молока местного происхождения на упаковки которого была изображена битва двух персонажей, один был явно Энт, другой же был похож на Мюнгхаузена преклонных лет, видимо ставшего жертвой рикошета, не думаю, что можно как то еще объяснить растущие на его плечах деревья, над всем этим было пол страницы текста на местном языке, вероятно вопросы по теме возникали не только у меня)

а теперь про уборку
что бы открыть тему маршмелоу, нужно было смести маленькие, крошечные и и еще трижды меньшего размера, рюмки, чашки и стаканчики
накормить всем этим посудомойку промышленного масштаба и расчистить путь к миксерам и комбайнам, в настоящее время пребывающим в состоянии подавленности мисками тарелочками всех мыслимых форм
Королева Джудит порхала над этим царством бодрой пчелкой, ежесекундно отвлекаясь на заваривание чая, расчет необходимой концентрации новосозданного джина и/или рассказы про специальную диету своей сестры или чужой сестры или не такую уж и диету, я не очень следила за смыслом, поглощенная стараниями не разбить ни одного стеклянного участника и одновременно придерживая себя двумя руками, что бы не отстранить явно не спешившую ни куда Джж и сделать все самой быстро и хорошо
но я была гостем, а это накладывало некие обязательства

дальше будет много отсылок к физике наших дней и химии отношений, не говорите потом, что я не предупреждала))
как все это началось? ну если опустить историю пуговиц от начала времен, то закончив с химфаком я не все вытряхнула из своей головы и то именно случайно оставшееся в дальнейшем и сделало мне имя зануды и человека со странными воспоминаниями
вот например белки... хотя к хомячкам белки, перейдем сразу к сахару и все его чокнутой семейке
вы замечали когда-нибудь, что братья бывают разными?) одни и те же родители, та же школа, ели одну и ту же овсянку по утрам, а выросли один нормальный, а другой футболист?))) с сахарами все еще хуже
ни школы ни овсянки, а все равно сколько разного
так вот, в своей попытки остановить волонтерское просвещение масс против их настойчивого желания, обрушу свой полет, проводимый в реальности на жуткой смеси языков, (преимущественно английском) непосредственно к подножью плиты на которой мы проводили церемонию экзорцизма, создавая из одного сахара другой

теперь о цифрах
у Джудит трое разных весов, (из одних все время вываливаются батарейки)
взвешивание мы проводили в четыре руки для пяти разных рецептов и количество посуды наполненной всяческими материалами росло словно наступающая саранча прибывала в фазе активного размножения
поверхностей серьезно не хватало, мисочки и баночки, которым мы доверяли миллиграммы, преимущественно белых порошков, так и норовили поменяться местами или слиться в экстазе и все это сопровождалось прекрасными расспросами на тему "кто виноват и что теперь с ним делать" когда двенадцатый раз произносишь слово гомогенизация на двоюродном языке, это ни фига не в двенадцать раз прикольней
к моменту окончания замеров, мы обсудили всё
включая "почему именно не стоит отложить намеченный на завтра визит в Голубую лагуну ради немедленного поступления сразу на третий курс химфака" и "если захватить химика в плен и пытать его не удачными версиями пастилы, как скоро он признается во всех органических тайнах милым нам"
со стороны, наверно, мы выглядели хорошо поддавшими дамочками, но весь набор наркотиков, доставшийся нашим организмам на тот момент сводился к агар агару, лимонной кислоте и сухому белку, парившим в воздухе, словно лепестки сакуры в ветреный летний денек

к чему я все это пишу
мы соединили с сахаром что то не то!!! он был прекрасно прозрачным и совершенно смиренным за миг до того, как некая белая субстанция внедрилась в его структуры и навсегда изменила ее
если перейти на простой язык, он стал дважды футболистом
футболистом на столько, что я сомневалась сможет ли он сам себе завязать шнурки
вопрос, что именно проникло в него остался закрытым, по тому что гораздо важнее было не кто виноват, а как с этим жить, мы породили монстра, который вместо шелковистой текстуры покрывал острыми кристаллам все на своем пути

а! к хомячкам все эти реверансы решили мы и, смешали то, что получилось с тем, до чего смогли дотянуться, это было немного истерично, по женски, но, вынужденна признать мы были женщинами, а значит истерика была нашим средним именем и в этом смысле мы были сестрами, из которых невозможно изгнать хомячков

к сути!
у нас было три варианта того, что французы называют гимов, русски зефиром, а американцы маршмелоу (и жарят её(его?) на костре(!)... ууужОс))
кокосовый — максимально близкий к тексту по тому, что он был первым и посуду мы расчихали до потопа, черничный, который мы слегка передержали в миксере, но все равно размазали по заготовленным формам и ревеневый, вкус которого ни кто не мог представить, а цвет которого был белый, как наши лица, когда мы увидели что случилось с футболистом))

создание этого последнего было совмещено с изготовлением ризотто в каком то комбинированном приборе с немецким названием

теперь о больном и по буквам
она готовила ризотто в пластиковом монстре, размещенном в шаге от меня и ни каких перспектив прервать этот кощунственный процесс я не имела
да, да, да... там в середине не было никакой деревянной, хомячок ее перегрызи, лопаточки, я больше вам скажу, она и рис не припускала с лучком
просто свалила все в емкость и добавила кусок экстра пластика для аранжировки
но я не выкинула в окно все это рукотворное святотатство и ни вырвала у Джудит книжку, что бы измельчить руками и потом в печь или на плаху, на плахе в воображении получалось даже поучительнее), не... я держала себя в руках и жестком шенкеле и ни один хомячок не пострадал
(да и с неохотой, выкручивая руки своим дурацким правдолюбием, вынуждена признать, та рисовая каша, в которую она добавила размороженные гребешки, была съедобна))

а теперь про шенкель
мы решили прохватить на лошадках, оказывается тут совершенно уникальные лошадки) в смысле у них тоже есть хвост и лапы, но они умеют использовать их по другому
наша разноопытная группа была проинформирована в деталях о поездки и воспитания местных копытных, информация включала множество демонстраций в которые была вовлечена очаровательная исландка, которая при помощи бидона объёмом литров двадцать, вполне себе деревянного стульчика и уздечки показала нам план АВ и далее по алфавиту, а так же показала чем именно отличается шаг каждой породы
уже ради одного этого стоило посетить мероприятие
лошадей распределили согласно навыкам и скромности партисипантов, скромности у меня было хоть отгружай) по этому мне достался самый продвинутый конек с прекрасным именем Камб'юрр (на местном языка это звучит лучше, чем в транскрипции и переводиться как утес с каменистыми склонами со всех сторон)) и мы носились во весь генетически доставшийся этим прекрасным животным способ перемещения именуемый торт'хт по каменистым пустошам, лесам, высотой не превышающим ребенка среднедетских лет, обозревали мхи и хвощи и ягоды названия которых я все равно не смогу произнести, да и вам они понадобятся вряд ли, учитывая узость произрастания

к вопросам произношения из сувениров я выбрала две славные футболки, одна с надписью
КАКУЮ ИМЕННО ЧАСТЬ
оченьдлинноесловонаписанноеоранжевымшрифтом
ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ?
и простенькое изображение луны, перекрытое аскетичный надписью, обещающей, что путешествие на луну будет дешевле, чем время проведенное здесь
знаете, если мои друзья обоснуются на луне я сравню и обязательно поделюсь с вами, а пока планирую просто наслаждаться жизнью без вычислений;))

возвращаясь к нашему рейду по стране льда и пламени — это было очаровательное единение с природой, все было хорошо и даже то, что часть туристов падала на земь словно созревшие фрукты не могло помешать мне наслаждаться днем

прикончив окончательно замершую кашу с гребешками мы метнулись за детем и я имела счастье быть представленной матушке Снурри как специфический русский домашний питомец, я не вполне поняла почему Джудит выбрала этот термин, ну да оставим это на ее совести
квартира МамА выглядела, как шоурум кружка по вышиванию крестиком, который покрывал как все горизонтальные, так и вертикальные поверхности
кроме крестиков дома было солнце и два кресла

по прибытии мы скоренько прикупили все нужное для запланированного борща и свалив на Снори бульон и ребенка отчалили обозревать близкие окрестности
как то порт и свечной заводик, на котором моя подруга производила разной степени крепости напитки
мой первый опыт посещения подобного рода места произвел на меня неизгладимое впечатление блеском причудливых элементов их хрома и стекла
все оказалось не большим по размеру, но внушительным по содержанию
миниатюрные бутылочки очаровывали няшностью, ревеневая ванна была молчалива в своей угловатости, а ряды ждущей наполнения тары были похожие на войска, единственно ждущие команды "огонь!"
забрав пленных мы вернулись к борщу

что иностранцы знают про борщ — не много и даже в максимуме для них это часть "этих странных русских" я сберегла не подготовленный немецкий моск от деталей различия между Украиной и Россией и не вступая в теологический споры признала, что главное в этой смеси свекла, остальное можно менять по усмотрению
Джж хлопотливо фотографировала каждую стадию и пыталась взвесить все, что я пыталась отправить в кастрюльку не взвешенным
им ни когда не завоевать нас — это факт
они не могут выходить за рамки... так ли важно, дорогая моя Джудит, сколько именно положить морковки, важно понять принцип растворенного огня и последовательность смешивания
и я повторялась, повторялась и повторялась, объясняя что то про кислую среду, вторник, четверг, то почему и с чем мы едим эту почти не жидкость, тонкости менталитета и причины разнообразия домашней кухни
аккуратность семейства Оришхаульстенн (не уверена в своем произношении ни разу) велела вести подробный конспект и от того путаницы было больше, а смысл терялся среди соломки и кубиков разрубаемых мной овощей
(вечером следующего дня я повторила все это с еще большей детализацией мужской части любопытствующих, лекция так же включала детали быта и исторические справки))

невзирая на мои уверения, что борщ вкуснее на следующий день Джудит осмелилась вкусить его тем же вечером выбрав в сопровождение исландскую смесь красной смородины и джина вместо водки, расставленной по всему дому в изрядном количестве
нарушив тем самым все правила и перевалив за горизонт дня мы пали спать

по имени человек

что меня по прежнему удивляет здесь, как можно жить собственной как захочется жизнью и совершенно не мешать окружающим
ок, не важно, подумаю об этом когда стану Скарлет О'Хара)

тут совершенно нет понятия бессонницы
наверно остров настолько маленький, что ей просто не где поместиться
большую часть вещей исландцы объясняют именно этим и я верю в это неукоснительно

а если ты счастливо засыпаешь, ты и просыпаешься в настроении совершить что то славное, типа пробежки вдоль водного зеркала
даже если слегка штормит, даже если выходные и все, кроме китайских туристов спят
солнце, я и небеса наблюдали сегодняшнее паломничество разноцветных курток, которые так плотно облепили скелет корабля, установленный на озере в назидание отъезжающих, что производили впечатление голодных мурашей, обглодавших кораблик до нержавеющего остова

завтрак сегодня ни чем не уступал вчерашнему, у продолжении была запланирована ссылка мужской половины семьи купаться, ради их же блага, я надеюсь купались они не в открытом водоеме, девичья же половина планировала краткую уборку и изготовление маршмело по новомодному рецепты
если позволите) уборку я опущу, кто не может сама себе представить этот процесс не достоин описания избиения кокосовой массы венчиком с целью добавить пузырьков
если кратко, получилось нечто посередине эпитетов "небеса" и "не подпускайте этого Ангела, он не оставляет следов"
основная масса была оставлена охлаждаться и ждать измельчения на кубки 2х2х2
а на очереди были те же яйца, но с черникой))

потом был пикник до гейзеров с авокадо, креветками и визитом в магазин за "простотнемногоедывдопогу" окончившийся двумя плотно набитыми пакетами снеди
собственно сами гейзеры, главный из которых находиться в режиме стендбай и/или тревожной бдительности
по счастливому совпадению на всех языках мира его зовут (не поверите)))
Гейзер, но есть еще много на земле исландской тех, кто поменьше с не выговариваеми именами полными индивидуальности и извержениями, которые мы тоже (все) посетили разом



Отправлено с iPad

это было время гейзеров и если бы не было так холодно я бы представляла и представляла стада длинношеих динозавров, которые брели неспешно мимо
с похолоданием, они бы в моих мечтах обростали шерстью, наращивали бивни и превращались в мамонтов, потом в папаонтов, как более температуроустойчивкю версию и наконец вымирали
это был бы сигнал собираться домой
но было настолько не жарко, что я по быстому представила умирающие свитера и меня, покрывающуюся корочкой льда, увлекли на осмотр водопада

оттаяв в машине и, наконец то одев свитер, я поплелась было за неутомимым Снури
а потом мои глаза и прочие чакры открылись напрочь
он был ОГРОМНЫМ, не просто большим, гигантским, простирающимся далеко за горизонт... он был больше всего, что я когда-либо видела
не сравнимо больше того плевка горячей водой в космос, которым я взахлеб восхищалась еще пять минут тому как
это была не просто вода, сама природа двигалась среди камней
падала и поднималась пеной и снова падала на землю, перемалывая камни и увлекая за собой растворенные небеса
это был Золотой водопад, не от цвета, от того, нельзя было подобрать другого имени

и когда ме казалось, что я вот вот взорвусь от впечатлений, мы (я, подстрекаемая исландским парнем в два метра высотой и спиной прямой словно туда вживили палку от помела) перелезли через ограждение
и спустились к воде
мы подошли к его изнанке, к нутряной части, к той пещере, над которой вода начинает полет и у подножья которой она разбивается, горстями брильянтов расстреливая облака
это было неописуемо.

я касалась рукой земной души, души Земли, вырывающейся наружу
я дышала ей, тыкала ей айфоном внутрь в тщетной попытке запечатлеть, хлопала ресницами в каплях дождя, происходящего не пойми снаружи или наоборот
я была там_где_нельзя

вас все еще интересует сделали ли мы маршмелоу?!?
ждите завтра, покупайте билеты, бросайте все
серьезно!
у вас всего одна жизнь, не проводите её где попало




Отправлено с iPhone
нет
кого интересует пошли ли мы аут
нет
просто обсудили как варят кофе в нашей семье, что такое пирОжки и в чем отличие их от русских равиолей (слово пельмень я постыдно не смогла перевести), обсудили в деталях проблему гнуса в средней полосе и почему абсент интересно готовить и не интересно пить
глубоко за полночь мы построили планы на завтра и разошлись кто куда
мое куда было похоже на пионер лагер зелено поклонников, но там было тихо, прохладно и я отчалила в страну грез, так и не приняв окончательного решения бегать утром или нет

я проснулась в 6:20 в незнакомой квартире, полной электрического освещения и тишины, покрутилась в койке до 8:40 и не найдя себе лучшего применения кинулась бежать вдоль гавани туда и обратно
что сказать... просто приезжайте и посмотрите сами
как просыпается вода, тонкой кисеей сбрасывающая туман воспаряющий в небо
как солнце приподнимает лучем небо, разливая дыхание дня
как такие же странные как я бегут вслед за своей улыбкой
и разговаривают с чайками
и фотографируются с кораблями
и трогают рукой гигантские валуны, отполированные водой так, что бы небо могла смотреться в них

просто приезжайте сюда и молчите, по тому, что к настоящему ни чего не нужно добавлять

завтрак тут больше был похож на прием пищи, в смысле как прием чего то длительного и у всех слоев населения без разбора
было ощущение, что к нам прийдет еще пара семей, для того, что бы обсудить планируемый пикник, а может и провести его не вставая с места
ели обстоятельно часа два с редкими перерывами на поход в булочную за хлебом и добавочными порциями кофе
ни кто не пришел и мы справились сами

я смотрела на семью, пригласившую меня
немного сумасшедшая, суетливая баварка с белыми волосами, разбросанными по плечам, в смешных колготках
и спокойный большой исландец с прямой спиной и расправленными плечами, словно он противостоит ветру даже когда есть свою овсянку с изюмом и эменталем
замечательно гармоничная пара с маленьким существом, корчащим рожицы и прячущимся, как только кто то берется за фотоаппарат
они кажутся не похожими с кудахчушами подпрыгивающими звуками одной и размеренным перекатыванием обтесанных голышей другого
океан спокойствия и маленькая извивающаяся речонка, плещущаяся рядом

когда ребенка слишком уж распаляется один просто закрывает ему рот огромной ладонью и продолжает улыбаться уголками глаз, другая старается отвлечь его новыми звуками и получается совершенная мешь, ребенка теряется и замолкает

прекрасно то, что ни кто не пытается ни кого менять
в доме у каждого есть свое место, свое даже если оно завалено вещами другого
все поверхности покрыты рюмками, вазочками и бутылками разного размера
маленькие кастрюльки, машинки размером с хорошего кота соседствуют с зарядками всех мастей, инструментами для выпечки глиняных пирожков и баночками с конфитюром, газеты, стоящие в очередь за превращением в самолетики разложены по антикварным столам, притолкам и подсвечникам, увенчаным каким то сухоцветом
картины изображающие нечто похожее на танцующих креветок отражают в себе другие с вполне себе понятными картинками домиков и овечек
на потолке существуют две сложно сочиненные конструкции из металла и стекла, призванные освещать наши дни
словно инопланетяне забыли тут парочку бластеров, в своих никелированных снах хранящих воспоминание о битвах на световых мечах
а пока маскирующимися под ликом обыкновенных ламп

мы со всей расслабленной смиренность окончили завтрак и плавно перешли к сборам на пикник
мы варили артишоки, собирали и разбирали пакеты с одеждой и едой, забывали и вспоминали про соль и далее по списку любой длинны
когда мы выехали солнце было в зените, настроение на той же высоте и даже наш самый мелкий нос сверкал счастьем и предвкушением

теперь кратно о том, что такое пикник по исландски
вы берете миску с гигантским броненосцем внутри и пластиковый стаканчик на пол литра с розовой солью едва закрывающей дно
машина, истязаемая ветрами и грунтовыми дорогами несет тебя прочь от цивилизации и ты стараешься обгладывать оторванные лепестки на взлете, по тому, что во время не управляемого падения шанс откусить кусочек языка вместе с тем самым артишоком много выше, чем ограничится артишоком
чувствуете поэзию бурь и танцев вокруг замерзающего огня, из последних сил соперничающего с сиянием ночного неба?)))

мы мчались осматривать остров, собирать Анжелику и перевозить ревень в промышленных количествах с одного конца на другой
пикник начался в тот момент, как взревел мотор и окончился лишь когда мы притормозили у дома, что выгрузить женщин и младенцев и увести ревень прочь, несгибаемым характером и руками настоящего исландского парня, в ночь
вы должны понять, что ни один уважающий ликер не будет ждать причитающийся ему ревень, и наплевать ему на все пикники мира

теперь про анжЕлику
это не женщина!
это такая растущая хрень с зонтиками в человеческий рост и трубками на которых эти самые зонтики растут, которую собирают и добавляют в джин для ароматизации, словно укроп накормили стероидами и не допустили к помидорам
теперь, я надеюсь)) всем стало понятно, если нет, очень советую допросить гугл, там есть картинки

так вот, возвращаясь к пикнику
мы бодро жевали овсяных уликок сдобренных корицей в таком количестве, что даже Карсон не нашел бы на что пожаловаться
ели хлеб, состоящий из всех подряд зёрен вместо муки (очень нордический!)
нескольких вариантов сыра, довольно близких на вкус, несмотря на упаковку
и наслаждались видами равнин любого оттенка зеленого, овечками, любого оттенка белого (и не говорите, что белый не может иметь темную сторону)) и жеребятами с лисьими хвостами

мне показали как выглядит ягода без определенного вкуса носящяя странное название crowberry, как по мне так волчья, но с крыльями за спиной) при вдумчивых поисках был найден ответ ее отсутствующим дегустационным данным — водяника! ну а что бы вы хотели от такого имечка

мы пересекали реки, взбирались на горы, видели туристов, озера и рыбу в них
мне даже была показана отдельно взятая долина в которой все было объединено на малой площади и я пытались попросить там эстетическое убежище, но мне ни кто не ответил, так как кроме Анжелики там был только Снори, а Джудит сказала, что у нее кружиться голова от одной только мысли о спуске и она все доверяет нам с единственной просьбой — ни чего не рассказывать ей

потом мы собирали лаву и окаменевший пепел, потом был эпизод с погрузкой ревеня, овцами, которые ни хотели уступать нам дорогу и стояли в полной прострации смотря параллельно нам, не ощущая наличия ни кого, стоящего отступления
минут двадцать мы были поглощены туманом, потом мы спаслись
еще позже прибыли к порогу дома и, отпустив ревень на встречу с судьбой, кинулись готовить ужин состоящий из меню "что видишь, то и ешь"
понятия не имею, что из увиденного досталось Снори, по тому как провалилась в сон сразу после помещения куриного супа и имбирем во внутрь
прекрасная Джудит осталась его ждать в одиночестве
что ж, такова участь всех жен
ждать, плести кружева или что там делала Пинелопа и надеяться, что с ревенем не случиться ни чего предосудительного;)

началось

нет ну в самом деле, зачем еще существуют правила*, решения... весь этот не легкий, совершенно окончательный выбор
как не для того, что бы с легкостью нарушить его и чувствовать себя свободным
да! сначала заковать себя в непонятно зачем нужные цепи, а потом разорвать их

не важно, оставим эти размышления моей совести, или что там мне выдали вместо нее

я летела в Рейкьявик
все началось с того, что моя подруга Машка съездила в Исландию и привезла от туда гору восторгов и желание посетить этот край еще и еще и фразу (цитата не точная))
это совершенно ни на что не похоже
потом я поступила в LCB что бы как то провести время вне острова моего заточения (в дальнейшем именуемый Кипр)
потом я подружилась там с единственным вменяемым человеком со всех потоков (выбор был такой сложный, что мы заприметили друг друга еще на вступительной лекции и держимся до сих пор!)
потом она приезжала ко мне в Данию
потом мы встречались в Лондоне
потом она купила второй этаж в доме, в котором жила, на берегу того, не берегу чего стоит Рейкьявик и у меня не осталось ни каких аргументов, что бы продолжать быть тактичной
я купила билеты и вот она я на борту самого чистого, вероятно, на свете и уж точно из мною видимых самолете, который мчит меня на встречу Джудит, Голубой лагуне и серебрянкой фигне, которой я твердо решила увешать себя, пролистав журнал из кармана соседнего кресла

зачем я все это пишу
ну не возможно потомучто молчать!!!
это уже совершенно ни на что не похоже, а мы еще в воздухе
во первых, моя датская, просроченная карта резидента, не смотря на упорство трестирующего её практиканта не была поставлена в стоп лист
(наверно есть люди, которые заранее уточняют есть ли у них виза и подобные мелочи, но это точно не я, я скорее из тех, кто приезжает на вокзал за три часа и на две минуты опаздывает на поезд, потому что ориентировался на время прибытия...)
так вот через минут двадцать вежливых улыбок и метаний я была допущена в зону вылета
спешно приобрела кофекофе и распаковала свеженький татен из пряных груш на линдском тесте с корицей и фисташками
и практически на середине первой ложки меня накрыло
дорогая, — сказало одно подсознание другому, — не кажется ли тебе во всем это что то есть необычно приятное
ага, это называется вежливость и покой, — ответило то из сознаний, что по смекалистей

так все и началось
с мягкой фланелью (не путать с ванилью)) в голове и расслаблением всех, отвечающих за волнение, точек я погрузилась в блаженный сон наяву

они и правда были (и все еще есть!) невероятно, подкупающее натурально вежливые и милые
женщину, пропускающую на посадку хотелось обнять, так она была очаровательна пропуская пассажиров с детьми
пару высоких ирландцев, низким солоноватым голосом обсуждавших что то свое, хотелось расцеловать и породниться
стайку старушек, щебечущей что то о рейсе в другую сторону и другое время, с радостью готова была провожать по всюду
хотелось водить хороводы и рисовать пацифики** по всей доступной мне территории этого свободного от пошлин, пространства

организация загрузки на рейс была выше всех похвал
клянусь, это ровно первый рейс на котором не было даже намека на сутолоку и неразбериху
младенци довольно агукали, подбадривая мамочек, толстяки протискивались мимо не задевая, стюардессы были славными тетушками, присланными небесами, дабы сделать наш полет незабываемым и у них все получалось!
серьезно вам говорю, вежливость это оружие не хуже пистолета (что я говорю... лучше! лучше любого пистолета!))) они еще только начинали свое движение в твою сторону, а ты уже рвался поднять спинку, столик, створку иллюминатора, собрать мусор, выключить все доступные тебе приборы и не разочаровать!

OMG, я ни когда не понимала, как сильно мне не хватало в других полетах простого usb выхода для зарядки моего, вечно находящегося в режиме присядки айфона
мой сосед был в меру пожилой, не разговорчивый и не страдал храпом
могла ли я пожелать что то еще...
и даже сендвичь с ветчиной и эменталем обошолся без майонеза!
воистину, совершенно не за что было себя пожалеть ;)

простите мне эты истерику счастья, но на фоне моего обычного нытья это такой солнечный душ, что не могу оставить вас не затронутыми
знаете, если у вас что то не так, справьтесь у ирландских авиалиний, наверняка они знают какой то секрет, как сделать этот мир лучше
и, конечно, прилетайте в Рейкьявик!
этот голос, который на совершенно не понятном языке обещает все блага мира...
ему нельзя отказать)

ни когда еще встреча с пограничником не была такой краткой и милой, мой чемодан практически ринулся в руки сам, а солнце заливало улицы до самого вечера

я все поняла
не в смысле вообще все, но самое главное)
я должна была родиться в Скандинавии
это точно, таков был план
но тот парень, который был ответственен за все был топографически не зрел
и я родилась в Смоленске, тоже не плохом месте, но чуть правее намеченного
пришлось ему компенсировать свою оплошность прочими заслугами
и вывозить меня на предполагаемую родину по мере его пернатых сил

Снури, человек о существовании которого я только догадывалась до сего дня, встретил меня словно главную драгоценность в своей исландской жизни и в двадцать минут домчал меня к прекрасной Джудит, двум, издающим все звуки мира одновременно, мелкотням и кухне потрясающего лаймового цвета, с двумя близнецами холодильниками того же цвета и даже кичен айд был цвета лайма!

дом, снаружи производящий впечатление сарайчика, внутри оказался обставленным антикварной мебелью скандинавского дизайна, столь необычной на вид, сколь удобной в использовании
у них есть стол, обтянутый кожей и совершенно муравьино-подобная софа, обтянутая велюром цвета золотистой охры и серебряная супница, для газет

второе, что сделала я после представления и стакана кофе, это закрыла дверь, отделив нас всех, включая неосстановимо производящих звуки детей от теплой одежды, чая и ключей
что не испортило настроения и вовлекло нас в сбор красной смородины, не осмотрительно оставленной местными жителями вызревать на солнце
пожалуй сдержусь и не стану распевать, что это была лучшая смородина и далее по тексту
(а она была таковой!)

не умерев на привычных исландцам +13 против английских +27, мы были спасены тем же Снорри***, который привез ключи, работников, что бы извлечь лишний диван из моей спальни и четыре бутылки новейшей смеси смородины и джина
— это что бы попробовать, — пояснил он
вероятно, что бы выпить они используют канистры, подумала я

вечер становился бархатным и пряным
дегустация началась с пармезана и что то еще чуть чуть
ребенки были разделены по причитающимся им семьям и оставленный нам, ловко изрисовав все фарфоровые поверхности бальзамиком, провалился в сон
мы были оставлены наедине с армией бутылок и супом из лобстеров
к первым четверым присоединилась уже прошедшая ОТК партия черничного, ревеневого и какая то прозрачная тройка воды жизни****
судя по количеству, жизней на все это нужно было как минимум две
лучше больше, особенно по тому, что потом...
тут не было ни каких точных указаний на сроки) планировалась пойти аут и наконец то отдохнуть
(если вам интересно, у меня ни бывает похмелья, но самосохранение есть даже у меня и оно начало легонько поскуливать на этом месте)))





______________________________________
* до сего дня я писала подобные заметки только о путешествиях во Францию
** это (на всякий случай, если кто не знает) значок придуманный Пикассо и растиражированый по всему миру хиппи, типа делай пис, а не войну)))
*** у меня будут все время разные произношения имен, но это все те же люди, привыкайте)
**** имеются в виду водки крепостью 35-50° именуемые в цивилизованном мире eau de la vie (дословно с французского - вода жизни)

Jul. 24th, 2016

Ангелу хочется падения…
Марк Леви. Семь дней творения


мы сидели на одной кухне
он пил кофе, я -- чай
это было какое то воспаление нормы
он был равнодушен к кофе, считая его слишком простым
я ненавидела чай, в тот момент более всего на свете
я растворяла в нем все худшее страхи, воспоминания и принимала это внутрь

нам надо было уезжать
потом, кажется годами позже, мне надо было возвращаться, но не хватало чая, что бы это принять
он не покупал обратного билета
и это означало одно --
навсегда

моего мозга было недостаточно, что бы вместить это слово
моя душа была вывернута на изнанку и изжевана счетами дней, я чувствовала, что из той немоты, прораставшей спинным мозгом вытягивают что то мое, важное
худшим было то, что делала это я сама
словно производила медленный аборт
словно выливала кровь на пол
словно я крутила ручку какого то механизма выкачивающего воздух, крутила из последних сил

я ничего не помню о той кухне
ни обоев, ни чашек
я запретила себе смотреть
я медленно выламывала камни из тех стен и строила новые
строила так, что бы ни один стон не прорвался в новый мир
что бы ни кто даже не догадался, как много живого было замуровано
сколько души было истерто в прах
что бы забыть
что бы забыть
что бы забыть навсегда
крылья

я начала готовить себя к этому переходу давно, много ранее
я раздевалась в темноте и пыталась представить себя бескрылой
бескрылой - в этом слове живет бес, тысячи бесов, потому, что ты не можешь снять их, как перчатки
сдернуть разом и кинуть на полку
тебе нужно вырвать по одному...
нужно истечь болью
-- раз уж ты решил упасть
падай головой вниз, --
шептали бесы
падай и разбивайся каждый раз
с каждым пером, обращенным в камень
вынимаемом, как острое, горячие лезвие, изымаемое из плоти, живой, твоей

я ползала в этой солоноватой грязи и строила колодец долженствовавший защитить меня от себя самой
как можно было бы строить корабль из собственных костей, так я строила саркофаг изнутри, замещая воздух, прижимая себя к земле, запрещая вставать

[не помню какой я родилась, но мое отрочество поломало не только многие иллюзии, но и некоторое количество костей, без коих я, впрочем, научилась справляться, с теоретически возможными крыльями было сложнее
даже если они и были, я в них не верила
у меня даже с земным как то не складывалось, ни друзей, ни особых успехов в учебе, я была у себя одна, своя собственная и больше гордиться было не чем
в такой ситуации скорее хотелось быть, как все, чем развивать какие то малоизученные возможности
кто эти непонятные все я не знала, а подстроиться не получалось

одиночество толкало меня в разные стороны, пока синяков не стало довольно, что бы скрыть все тело
верь я тогда в птиц, очевидно я была бы синей и, может быть, приносила б удачу
тогда я еще не знала про пуговицы и то, что ты сам определяешь свой цвет]

он прижимал губы к моей голове и шептал в волосы
-- думай о чем то другом, думай о чем то другом...
я старалась не думать вовсе
меня выворачивало как горизонт, я тогда не знала Бродского, но чувствовала именно то самое
когда остаешься со_всем

в том аэропорту я лучше всего запомнила трубы на потолке
от того, что часто смотрела на них, задирая нос, что бы не текли слезы
что бы ему было легче уезжать, что бы не так больно, что бы не объяснять, что бы быть просто дурочкой
такой, для которой стрелка на чулке важней всех голодающих в мире
потому, что я была среди них
я чувствовала, как меня накрывает голод, жажда не_одиночества, страх пустоты и глухое знание, что его место мне не заполнить никогда

[я была навязана ему случайно
тут бы хороша была сказочка про трех сыновей, но ребенок был только один
единственный сын хорошо воспитанный родителями, понимая, что наши пути идут врозь, попросил друга присмотреть
не бдеть, как на вахте, но принять из одной компании в другую, поддержать на переходе из детства в отрочество...
это как раз было после того, как я сошла с ума и попросила никогда не называть меня оля]

-- Фел, это Ольга, -- начал он
пространство ни как не среагировало на сигнал, продолжая являть мне спинку очень удобного, я так полагала, кресла
-- а это Пудинг, -- вступила я, отключая компьютер, в котором находился человек, представляемой которому я была...
-- ктоооо?!?!!
мне не выпало случая видеть близко глаз разъяренного зверя, но навсегда полагаю, что они были много добрее
такому человеку меня передать можно было разве для мучительного убийства
Джери сказал бы :"срочно пришлите новых котов"
Фел был, птицей, пожалуй -- орлом, ястребом... кем то хищным и ооооочень умным, я думаю умней всех нас
он не полез в эту мясорубку ни за едой ни за опытом, у него уже была сестра, которая как бык овцу покрывала любые потребности в не приятностях
-- она наверняка не специально, -- сказала длинноволосая голова отпочковавшаяся от соседнего кресла
-- привет
[у него была улыбка не допускающая близости кошек, но я не понимала сигналов, подаваемых мне мирозданием, и подошла
тогда я была похожа на котенка, чудом выжившим в барабане стиральной машины, а может и не должного там умереть
вода смыла лишнее, осталось только упрямство быть собой и пустота]

многолетнее дерево нашего знакомства осыпалось календарем в одночасье
как птице, ему положенно было улететь
как человеку -- не оборачиваться

так и не подавившись чаем, я оказалась в аэропорту
в стране холодных крыльев, на ничейной земле
я хотела бы бежать за его воздушным кораблем до того, как не упрусь в ограждения
пока на лице не отпечатается рабица, перекрывшая летное поле
пока я не сломаю крылья, отданные мне
через километры лет я поняла
что бежала бы не за ним
за собой
за той крошкой нормальной жизни в которую потеряла веру еще до знакомства с ним
еще в психушке, привязанная к кровати я изгнала ее, что бы не надеяться
что бы перестало болеть, что бы меня выпустили из этих мягких стен
-- что же мне делать с тобой, девочка, -- спрашивал он
у меня не было ответов, я стеснительно улыбалась и мы придумывали какое-нибудь развлечение, вроде переноса двери в четыре утра или приглашения белых лошадей на новый год

мы были, конечно, взрослые
сейчас от этого смешно, но тогда все было серьезно и наши лица не избегали морщин
мы бывали сосредоточены настолько, что оболочки трескались, выпуская наружу смех и солнечных зайчиков
у всех было прошлое и мое мне помогли пережить
что я знала о его проблемах...
однажды к нему пришел жить какой то митек, принес садовую скамейку, которая навсегда прижилась в прихожей
как то он приютил воробья
его родители были обстоятельно параллельны
женская их половина, похоже, и не догадывалась о собственном материнстве, запутавшись в именах звала его моймальчик, отец разбирался в чаях, холодном оружие и восходящем солнце
я никогда не слышала о его проблемах

он оживлял меня тихо, согревая сначала внутри, потом снаружи
он видел во мне то, о чем я и не собиралась мечтать
он никогда не говорил, что я хорошая, только
-- не обижай нас... не обижай тех кто любит тебя
мне пришлось признать, что такие есть
когда я болела, замечала его сидящим в ногах с книжкой сказок, читал их про себя, себе...
бывало мы, после особенно длинной прогулки, падали на пол и представляли, что в поле
и, если перевернуть комнату, можно взлететь
мы часто бывали на крышах
тогда это казалось естественным
мы же умели летать!

он был птицей, я кошкой на его шее
не хочется думать, что тянула его вниз
он удивительно умел быть легким
смешить и молчать
я ни с кем больше так не молчала

мы пережили мою осень, весну и даже лето
мой календарь был похож на опусы Брауна, осени было три, пара весен, количества лет я даже не пыталась считать

наступала зима, та, что доконала не одного динозавра, которую пережили лишь кости и папоротники, переставшие цвести

мы стояли на перекрестке аэропорта и как любой проходной двор, этот был вертепом запахов и эмоций, десяти слойным графити заполнявший пространство стен, переписывая каждый день, религию своих церквей, гимны своих героев
ничейная земля

мне хотелось остаться в нем, закрыться в полах пальто и остановить время
тогда я не понимала что страшней всего -- выбирать
меня рвало на части, словно демоны уже делили мою душу, не показав Петру
и не было ни каких ключей, и Ад начался тем вчера, которое как варенье на завтра неизменно

нам надо было разойтись, не от ссор или невозможности продолжения, но что бы стать самими собой, а не странными близнецами, оканчивающими фразу, начатую другим
мы перерастали друг друга, как некогда удобная обувь, впивались в ноги не давая продолжать путь
нам надо было разойтись, но я продолжала цепляться за то, что произошло за не полные четыре года, как за обломки потонувшего корабля, отрицая заканчивающийся воздух
за эти чуть чуть календарных дней я была ребенком, сестрой, кошкой, меня считали его женой, любовницей, содержанкой, недалекой родственницей, я вспомнила как ходить, спать раскрытой, быть нужной просто потому и делать что угодно для других, не считая последствия
нам надо было разойтись
и каждый чувствовал необходимость не ради себя, а для другого
он был старше и умел принимать головой, я только кровяными мешочками, заикающимися в попытке сокращаться
он делал это для нас, нарисовав все мои портреты, услышав все сны, он был выше
я сильнее
наверно
потому как выжила только я
потому что одни крылья нельзя было разделить на двух или просто так получилось
мы были похожи на пару перчаток, [из которых составили одно животное, мы жили в другую сторону, мы прорастали кожей, которую не сносить... и ее приходилось сдирать] велением чужой судьбы разделенных в разные тела
это были те отношения, которые ни ни заслужить, ни выпросить, ни купить, ни списать со счетов...
перевернуть страницу и двигаться дальше не получалось, приходилось сдирать кожу
мы были лягушками, которым не превратиться в принцесс

как объявляли рейс я не слышала
ни чего кроме движения его рук и глаз Фела, который принимал на до мной опеку
опять

я знала, что должна отступить, отдать, отойти, я вся была струна, которая не должна была порваться, я должна была ему много больше, чем отпустить
за наши разговоры на балконе, за его бдения в моем бреду, за молочную чашку, за холодильник, в котором играло радио, за все его рубашки...
я должна была вернуть ему его жизнь, что бы он тоже мог быть счастливым

переворачивая годы словно рулон расшелушенных обоев я знаю теперь,
что это было и для меня
было правильно и верно
что раз это не убило меня, то я стала сильнее, сильнее в разы
совершенно непонятно лишь то, зачем мне вся эта сила
сила терять, вырывать изнутри живое, открывать в слепоту глаза
отпускать

говорят я была бледной, до синевы, только им замеченных во мне голубых глаз
весь мир, некогда извлеченный из под горсти земли, брошенной в меня не моей матерью
схлопнулся в поручень какого то ограждения, забытого в том углу, из которого нам все предстояло выйти
надо было выйти
я не могла
мозг не давал команд, пальцы просто лежали кольцом на металической трубе, равнодушной ко всему кроме краски, проржавевшей насквозь
так смотрят кино
так в душном театре задерживаешь дыхание, наблюдая за героем, погружающимся в воду
жизнь кралась мимо
минуты капали в омут непонятно чего
проходили люди
стрелки часов обрастали паутиной
старый, мудрый ворон Фел, поднял меня на руки избавляя нас всех от судорог прощания
память, спасительной пеленой тумана укутала меня, что бы отпустить уже дома, лет эдак через ндцать, какого то мартабря
осталось только нежелание, на грани физической боли, провожать кого-угодно, разодранная душа, не желавшая отлетать, как въевшаяся наклейка на темном стекле, которую если и сковырнуть то только ногтями
и прощание, перетекающее из плечей в ладонь, размывающую изображение
толи пуха пожелал, то ли пера...

я не помню, как мир перешел в другую плоскость, как что то шепталось в навалившуюся тишину
и только чье то постороннее, уже у гильотины дверей, рассекающих мою жизнь на вечные ДО и ...

-- вы боитесь летать?
-- летать? нет... я боюсь, что разучилась это делать






примерно 1990 год

Исповедь

...это, как чаша с водой
сначала тебе кажется, что она ни когда не наполниться,
потом, что она вот вот перельется
а потом ты замечаешь, как бортики начинают рости
и, может быть, вот вот замкнуться над твоей головой

и тогда до тебя доходит, что исповедоваться это не просто
и что бы извергнуть все эти муки из самое себя
тебе надо эту чашу разбить
взорвать, перевернуть, пробку выдернуть, на худой конец...
потому, что ты, как ни крути, внутри
и это тебя затопит, если что
и что миру, как бы это не звучало, наплевать
все равно ему, этому миру

и это только твоя проблема, как вывернуться наизнанку
как победить своих демонов

терпение

в детстве у нас гораздо больше терпения, у нас все терпение мира и у каждого так, потому нет смысла выменивать или воровать, с кем делиться? если все по любому твое, каждого...
Взрослые выменивают терпение на умные взгляды, на знания и разные навыки, тогда то и начинается терпеливый торг, потому, что взрослому нужно намного больше, чем ребенку
Ребенку нужна только любовь, а взрослые ищут понимания, эдакого взрослого прощения идущего от рассудка
Дети этого не понимают
Взрослые думают, что пройденные шаги добавляют им звезд на погонах, а они остаются оспинами на лице и душными шрамами, тогда терпение теряет цену
рейтинг хитрости растет, бег по кругу набирает скорость и терпение нервными ошметками разбрызгивается по земле
взрослые вроде как становятся сами себе хозяевами, но мало кто тратит это право на "ждать и думать" все уходит во властные игры и прищуренные глаза

у стариков терпения много, оно остается от ушедших, нужно только нагибаться за ним в пыль и подбирать под цвет глаз или любой другой случай
может поэтому им так понятно с детьми, они уже умеют терпеть, пережидая жизненные повороты, сидеть на берегу в ожидании когда сама жизнь расправиться с их врагами

дети ждут по другому, их терпение еще пахнет свежей краской и помнит шуршание снимаемой упаковки, для детей все игра и они строят врЕменные замки из временнОго песка и для них на каждый ответ есть новые вопросы
и все равно это гораздо ближе к старикам, вне суеты

говорят, дети нетерпеливы -- это другое, мы хотим сразу, но можем заниматься полученным до бесконечности
может быть потому, что она у нас есть

наверно дети умеют ждать, потому что их еще не одарили коллекцией разочарований, они еще не собрали свое слово "вечность" из кубиков застывших сердец, и они живут с ожиданием чуда, как завтраков и игрушек

течение жизни обдирает с нас шелуху веры и остается скелет устремление на связках воли и реальности
мало места для терпения, для жизни то его почти не остается

терпение, словно байковое одеяло, закрываешь глаза и ждешь
кто сна, кто реальности
маленькому под ним уютно, старику тепло, а взрослые все мудрят, кто штору из него ладит, кто набедренную повязку

выше королев

более всего я хотела бы избежать извинений
даже если это странно, что успешный человек вдруг решает сменить профессию, тут не за что извиняться, но я не меняю профессию
Художник всегда творит, сама жизнь его и есть создание
для того, что бы двигаться вперед нужно открывать новые горизонты
(какая ужасная фраза))
я готовила всегда, это спасало меня от голода, однообразия и одиночества

в свободное время я работала и устраивала личную жизнь, но готовить не переставала
я коллекционировала кулинарные книги, рецепты и сведения из личной жизни пирожных
желания, как тесто, их нельзя подгонять,  нельзя топать, открывать форточки или уходить на долгую прогулку
терпение и точность движений, сначала ты ждешь на перекрестке, а потом быстро переходишь дорогу
я поставила эту опару еще в школе, я готовила потому, что едят все и большинство из них могут отличить сено от хлеба, я готовила вкусно, ни кого не отвлекая и отсутствие каких то ингредиентов мне не мешало (у меня было много фантазии, смелости и любопытства))

мне вообще было сложно помешать, я сначала думала, рассматривала идею с разных сторон, представляла последствия, я продумывала все мелочи, потому что не верила в не важные вещи
а потом добавляла к опаре муку, сахар и масло
я всегда смотрела по сторонам и много-много спрашивала, так у меня появлялись сведения из разных областей и все их я перекладывала на музыку кулинарии
я начала познавать мир с точных основ, я учила химию, физику и математику, что бы понимать вещи изнутри
я учила рисунок, композицию и скульптуру, что бы понимать вещи снаружи
я училась сочетаниям, оттенкам и многократности повторений
я не просто добавляла цукаты, ром и пряности
я знала эти пряности в лицо, я заменяла один напиток другим и потом третим, что бы найти новое, лучшее и возвращались к классике, что бы не забывать что я начинала готовить, не потерять вкус за оригинальностью и найти баланс формы и содержания
я работала в многих рекламных агентствах, это учило меня продавать, покупать и идти своим путем, потому что проторенные тропы казались мне скучными, как мычание
я терпеливо ждала, когда тесто, исполненное сдобы, подойдет еще раз и снова возвращалась к книгам и, обнимая их смотрела по сторонам, что бы не торопить

я училась у птиц полету, у листьев памятливости, у кошек -- не смотреть на Королев (потому что всегда можно смотреть выше...)
я наполняла шу острыми и солеными начинками, украшала пирожные цветными словами и глазурями, соединяющими вкус и желание им обладать

это берегло меня от скуки и более всего от меня самой, потому как опасно погружаться в бездонную глубину, и не честно считать себя плоской, как покинутая моллюском полу-раковина

можно

он лежал на моих коленях, всей своей непоколебимой механической тяжестью и пах стариной
он был настолько настоящим, что я была готова начать сомневаться в своей реальности
он был совершенным объектом
она сделала это снова, взяла и перекроила мою жизнь
это было не сложно, как любая Ведьма она чувствовала возможность и пользовалась этим не таясь
-- я должна подсадить [ее.../меня!] на этот  наркотик, -- не без гордости сообщила она совершенно постороннему человеку
он, понимающе кивнул, соглашаясь
с ней все соглашались, или немедленно вычёркивались из ее жизни
там было довольно толпливо, в этом отсеке исключённых
пленка это между тобой и Светом, цифры все рутинное волшебство
ой) в этой фразе столь многое вывернуто на изнанку, что в пододеяльнике оказалась не только подушка, но и все комната...
мне нравиться фотографии с заваленным горизонтом
но когда сильно, когда выливается за грань, а не так, что бы глаз беспокоить
нравиться, когда небо наклонено, так создается ощущение, что оно течет
что все изменяется
а значит можно изменить

Latest Month

July 2017
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner